December 23rd, 2013

kiev

Мемориал голода в Ирландии

В середине XIX века в Ирландии случился чудовищный голод. Он был вызван болезнью картофеля, который в то время был основной пищей бедняков, и унёс более миллиона жизней. Другим его следствием стала массовая эмиграция из Ирландии, в частности, в США. Последствия этого голода для ирландской нации были столь велики, что о нём до сих пор помнит каждый, кто считает себя ирландцем.

В марте 2001 года в Нью-Йорке, совсем рядом со Всемирным торговым центром, на берегу Гудзона, начали строить мемориал, посвященный голоду в Ирландии. Катастрофа 9/11 не остановила строительство и летом 2002 года мемориал был открыт.

Участок земли положен на наклонное бетонное основание. Вполне техногенный вход с набережной приводит тебя прямо в центр комплекса, в полуразрушенный каменный дом. Когда выходишь из этого дома наружу, тебя окружает ярко-синее небо и ослепительно-зелёная трава... И кусты, и траву, и камни, и даже землю для мемориала привезли из Ирландии, так что это буквально кусочек ирландской земли на Манхэттене. Когда отрываешь взгляд от окружающей зелени, обнаруживаешь по одну сторону – улицы Манхэттена, а по другую – великолепный вид на Гудзон. Очень маленькая Ирландия, окружённая Америкой со всех сторон.

Collapse )
kiev

О нужности и признании

Разговаривая давеча с Сеатой вот об этом посте, сформулировал, кажется, что-то важное для меня.

Я разделяю дела на нужные и ненужные. И я оцениваю себя и свою нужность миру только по нужным делам. Одним из важных критериев нужности дел является то, что от них останется, если/когда меня не станет в том контексте, в котором эти дела были сделаны. То, что существует, только пока существую я – на самом деле не нужно. Разумеется, всё это очень субъективно и отражает только мой взгляд. Кому-то мои "нужные" дела могут показаться ерундой. А к "ненужным" я отношу, например, еду и сон – они, конечно, нужны, чтобы существовать, но моя еда и мой сон не имеют никакой ценности в отрыве от меня.

В частности, по этому критерию "ненужным" оказывается всё, что касается человеческих отношений. На собственном опыте и опыте наблюдений за окружающими, память о человеке как личности (не о его делах, а о нём самом) имеет срок жизни, исчисляемый месяцами, потом о нём тупо забывают. Человеку для этого даже умирать не нужно – достаточно уехать, сменить круг общения, перестать писать письма, и всё, через пару месяцев о нём никто уже не вспоминает. Ну, самые близкие вспоминают иногда, но очень редко, и то вскользь. Да и типичный сценарий "горевания" – это "на кого ж ты меня оставил", то есть, сожаление опять не о самом умершем, а о каких-то делах, которые человек мог сделать для горюющего, но не сделал. Ладно, мы и о живых-то частенько не вспоминаем месяцами, что уж говорить о мертвых. Всерьёз и надолго остаются только дела, так что только они и имеют значение.

И дело даже не в том, знает ли кто-нибудь об этих делах, и знает ли, кто их совершил. Признание, несомненно, приятно, но оно не ценно само по себе. Сложно самому себе сказать "вот, это, сделанное мной – важно и нужно" – во-первых, это самонадеянно, во-вторых, никогда не знаешь, важно ли сделанное на самом деле, и нужно ли. Я плохо умею думать и неуверен в себе, признание для меня – это возможность вытереть пот со лба и сказать себе "уфф, кажется, я всё-таки был полезен". Это приятно, да, но суть не в этом. Признание – инструмент борьбы с депрессией, отодвигающий на время мысли о собственном ничтожестве. Он не является критерием нужности и важности сделанного – другие люди тоже могут ошибаться и заблуждаться, и что-то, что сейчас признано ими успешным, завтра может оказаться бессмысленно. Но признание позволяет убедить себя в том, что сделанное – нужно, и даёт иллюзию того, что есть смысл делать что-то ещё.

Возможно, это тщеславие, не знаю. Возможно я наркоман, а признание – это наркотик, на котором я сижу. Мне жизненно важно знать (хотя бы просто убедить себя), что то, что я делаю, важно и нужно, потому что иначе – зачем оно? В большинстве случаев достаточно оказывается одного искреннего отзыва, показывающего, что кто-то, всего один человек, понял и оценил. Значит, я не один такой, я ещё не сошёл с ума, я правильно мыслю, правильно подошёл к вопросу. Если нет признания – убедить себя в этом очень тяжело, и вполне не получается, всё время грызу себя и сомневаюсь.
kiev

Brookfield Place

В свой последний приезд в Нью-Йорк мне удалось полдня посвятить прогулке по южной оконечности Манхэттенна, буду понемножку показывать вам сделанные картинки. Собственно, хотелось мне посмотреть, что настроили на месте катастрофы 9/11 (в прошлый раз я там был десять лет назад, и Ground zero представлял собой огромную строительную площадку), а в итоге посмотрел много чего ещё.

Вот, например, реконструированный (точнее, активно реконструируемый) Brookfield Place – здание WTC3. Я там раньше не был, и затрудняюсь определить, что там старое, что новое, в целом это выглядит как стерильно-новый молл, где пока открыты только коридоры и холлы (всё сверкает новым полированным гранитом, мрамором и латунью), а все места, где должны будут быть магазины, закрыты аккуратно покрашенной в белый цвет фанерой.

Не знаю, имел ли к архитектуре интерьеров этого здания отношение сам Руди, но ощущаю уверенность, что тот, кто это проектировал, Руди знал и любил. :)

Обратите внимание, все фотографии в этом посте – цветные (кроме последней).

   

Collapse )